Дочь Богини  - Ивлин Хоуп

На столе стали появляться тарелки, наполненные аппетитно пахнущей едой и Риада тихонько вздохнула. После того, как выяснилось, что силы Орелов дают возможность выращивать вкусные и питательные плоды, способные полностью поддерживать силы каждого роя, чем бы он ни занимался, большинство жителей Ройэта отказались от мяса животных. Сделано это было в основном из причин разумной экономии времени (деревья, названные Орелиадами, не требовали особых усилий по уходу) и ресурсов (домашних животных ещё прокормить надо, а Орелиады были неприхотливы — поливай раз в два дня и ты обеспечен едой). Постепенно это развилось в культ уважения к животным как к почти равноправным жителям материка. Поэтому, хоть Риада и понимала, что здесь её силы не действуют, а выживать как-то надо, ей было искренне жаль птиц и зверей. И людей, вынужденных растить на убой зверят, тратя силы и время.

— Уважаемая Айрен, не поделитесь ли вы со мной рецептами своих изумительных блюд?

Вдова просияла, гордая похвалой девушки, которая, с её точки зрения, питалась до этого момента только блюдами, приготовленными лучшими поварами, и упоённо начала описывать состав и способ приготовления каждого из выставленных на стол блюд. Услышав в списке ингредиентов заветно слово «дичь», Риада пододвинула к себе это блюдо и положила на тарелку солидную порцию рагу. Охоту, как борьбу двух равных противников, рои уважали.

Армин тихо посмеивался, глядя на проблемы королевны. Он знал, что жители Ройэта не ели мяса, и сочувствовал Риаде каждый раз, как той приходилось употреблять непривычную пищу. Хотя, как целитель, он не понимал, почему организм королевны так хорошо переносит животные блюда, привычки к которым иметь не должен был. Решив расспросить её позднее, он с аппетитом принялся за еду, одновременно думая о том, как лучше и понятнее всего рассказать Риаде свою историю.

* * *

Всё время, пока Тарию нёс Ихэро, оказавшийся проводником воли Безумного Таррида (именно так про себя называла братца девушка), слилось в один непрекращающийся бред, полный шёпота, стонов и неразборчивого бормотания. После того, как Тария отказалась стать сестрой-возлюбленной Безумца, он больше не удостаивал её разговором, но находящаяся в полубессознательном состоянии девушка, всё равно чувствовала отголоски его мыслей и чувств. Правда, воспринимала она их словно морской прибой или шуршание листвы — монотонный звук, не имеющий под собой внятного смысла. Внезапно Тария почувствовала, как звук резко отдалился, почти затих, а над головой раздался омерзительно знакомый голос.

— Какая встреча.

Голос Каро, убившего безвредного мудреца и разорвавшего напополам ни в чём не повинную девчонку, Тария узнала сразу же, несмотря на то, что слышала его один раз и достаточно давно. Девушка открыла глаза и увидела перед собой огромную голову, безглазую, но с огромной зубастой пастью. Поверхность тела Каро была покрыта чем-то шершавым, напоминающим жёсткую корку фруктов. Девушке хотелось закричать и вцепиться ему в глотку, но здравый смысл подсказывал, что это будет бесполезно. Несмотря на то, что руки и ноги Тарии не были ничем связаны, она всем телом ощущала давящую мощь, контролирующую каждый её шаг. Причём она была лишь похожа на те волны, которые Тария ощущала от брата.

— Где я?

— Ты удостоена величайшей чести побывать в покоях королевы Ройэта. Гордись. Мой господин сказал, что ты должна ощутить, какую власть и величие он тебе предлагает. И познать ужас и боль, которые ты получишь, отвергнув его предложение. Впрочем, тебя в любом случае придётся наказать за непослушание. Сестра ведь должна слушаться старшего брата.

Мысли Тарии заметались, словно мелкие птички в силках, расставленных жестокими мальчишками. Она никогда не мечтала о судьбе, выпавшей на долю величайших героинь прошлого. Ни Кесайя, сестра первого императора Орел, мужественно перенёсшая пытки, которым ё подверг Аннораций, тиран и клятвопреступник; ни ещё более древняя Керулина, жившая в то время, когда Ройэт ещё не был единым и материк раздирали междоусобные войны. Никто из великих женщин, перенёсших пытки и издевательства врагов никогда не вызывал не то, что желания подражать, но даже восхищения. Тария не верила, что абстрактная честь заслуживает таких жертв, да и в то, что мучения действительно были столь жестоки. И теперь, кажется, ей предстояло проверить на практике все свои убеждения. Тем временем Каро отдёрнул одеяло, которым была накрыта девушка и медленно, словно с неохотой, потянулся к её обнажённой груди. Тария взвизгнула и отдёрнулась. Сейчас вид серовато-сиреневой конечности, увенчивающейся семь отростками, слабо похожими на пальцы, казался страшнее любых пыток, ожидаемых в будущем.

— Убери от меня свои лапы, выродок! Тебе приказали наказать меня, а не… не вот это!

Каро на мгновение замер, удивлённый такой эмоциональной реакцией. Затем хищно усмехнулся (Тарии его усмешка напомнила оскал хищной морской рыбы) и рывком сдёрнул одеяло её ниже. И тут девушку осенило.

— Таррид! Я заслужила наказание, но как это ничтожество смеет касаться меня, полубогини?!

Каро замер, если бы у него были глаза, Тария была уверена, что он смотрел бы на неё с непередаваемым изумлением. В помещении довольно долго царила тишина, из позы Ихэро постепенно стало уходить напряжение, как вдруг в углу комнаты сгустилось грязно-оранжевое облако, напоминающее силуэт роя. Каро вскочил, его огромное тело заколыхалось, руки и ноги втягивались внутрь, превращая бывшего принца в шар, украшенный зубастой пастью.

— Мой бог, мой господин…

— И чем тут развлекается моя самая полезная игрушка? Каро, я сказал, что сестричку надо наказать, а не испортить. Ты бы лучше поимкой своей племянницы занялся. Вот с ней делать можешь всё, что пожелаешь. Понял меня?

Сейчас голос Таррида звучал настолько властно и серьёзно, что Тарии показалось, что рассказ Тххурмааса был ошибочным, или же брат успел повзрослеть. Но, когда фигура Безумного бога начала таять, так и не двинувшись с места, на котором появилась, раздался голос, который мог принадлежать только обиженному двух или трёхлетнему мальчишке.

— А с тобой, Тари, я не разговариваю.

Таррид окончательно исчез, а Каро схватил сестру своего господина в охапку и потащил вниз, туда, где много лет его предки и потомки пытали преступников и шпионов.

Мастерство Каро в допросе пленных и наказании провинившихся Тария ощутила ещё с первым ударом кнута. На десятом она уже всерьёз обдумывала полное согласие с Тарридом, ибо тяжеленая длинная полоса, увенчанная металлическим грузиком на конце, раз за разом опускающаяся на обнажённую спину, — весьма убедительный аргумент для девушки, всю жизнь не знавшей серьёзных физических наказаний. Тария с ужасом представляла, как будет выглядеть её спина, после того, как она всё-таки сломается и согласится стать верной спутницей брата. К тому же, было понятно, что Каро не остановится на порке. А это грозило ещё худшими увечьями. Тария видела некоторых увечных купцов, обращавшихся в храм Теймиалы после неудачных экспедиций в джунгли. Эти несчастные калеки, безрукие, безногие, с ужасными шрамами на лице и теле вызывали у юной послушницы безумную жалость, смешанную со странным страхом. Со страхом стать такой же, беспомощной и неспособной обслуживать себя самостоятельно.